Пристрелите меня, если я не прав, но такое чувство, что мы живём в мире, где даже дворняге до тебя больше дела, чем мимоидущему человеку. Это из-за экологии? Это массовая деградация? Это, мать его, ещё какая-то ерунда, не дающая спокойно жить. А может эта грёбаная эволюция так влияет на общество? Делает нас эгоистами, зависящими от техно-прогресса и благ цивилизации. Я не знаю.
А кто тогда знает?
Человек, которого ты тащишь на горбу, поинтересуется, не устал ли ты не потому, что он беспокоится о твоем здоровье, а потому, что ты можешь ненароком обронить драгоценный груз. Если мы будем игнорировать себе подобных – то общество распадётся на семь миллиардов равных частиц. А что будет тогда? Каждому своё государство? Стран ведь уже не будет. Лозунг «Человек человеку – волк» можно обратить в «Человек человеку – Швейцария».
Вы всё еще верите в чудеса, и до сих пор стоите в очереди к великому волшебнику Гудвину, ожидая получить у него на халяву ценную извилину? Если бы я пристрелил себя стоя перед вами, вы бы молча вытерли мою кровь с лица и сделали бы шаг вперёд. Наша реальность – пир во время чумы.
Вы всё ещё верите в Иисуса, Мухаммеда, Кришну или Будду? А ведь эксклюзивные права на них уже оформлены, а верующие исповедуются за счет четыре цифровых вложений в фонд церкви. Ваши пророки это Вашингтон, Королева Виктория, Невский, Сковорода и прочие лица с обложек ваших любимых бумажек.
Вы всё ещё верите людям? А ведь все люди врут. Врут, лгут, п*здят. Как хотите, так и называйте, а потом все эти враки идут исповедовать в храм божий. Кто его знает, к чему приводит эта ложь. Иногда в тюрьму, иногда в ЗАГС, но исход всегда один – сломанная жизнь. Но ничего, все ведь говорят: «горбатого могила исправит», плевать, что каждый третий сутулиться. Если человек не лжет, то и не знаешь, чего от него ожидать. Такие люди оказываются отбросами общества, не имеют право достойно жить. Надо быть всего лишь чуточку наглее. А тогда, пару знакомств – и ключ от квартиры с видом на Красную площадь, а также полный соц-пакет тебе обеспечены.
Пристрелите меня, если я не прав…
Эй, что вы делаете?! Нет, не надо!
– Сестра, несите ему ещё два куба… мистер Кобейн, пройдемте, товарищ Сталин и Елизавета вторая вас уже ждут…
Конец.